Экзистенциальный коучинг — это современное продолжение традиции сократического диалога, практическая помощь человеку в обнаружении ответов на волнующие его вопросы, что приводит к изменению тактики и стратегии поведения в жизни.
Моё дело существует потому, что в жизни каждого человека однажды наступает момент, когда больше невозможно жить как раньше. А как по-новому ещё не понятно. Это классическое определение кризиса. И здесь не помогут советы, здесь нужен диалог.
Диалог — это когда совместным усилием создаётся общее дополнительное поле, которое возможно только при слиянии моего и чужого, и это общее поле начинает разговаривать со всеми участниками процесса.
Я работаю когда человек приходит в сомнениях по поводу необходимых решений, очень уставший, в дезориентации, смятении, кризисе, когда ему просто плохо, он в страхе, ревности, отчаянии, злости, обиде и т. д.
Метод работы схематично выглядит как последовательные ответы на ряд вопросов. Что сейчас есть вообще? У меня? В мире? — Что я чувствую в связи с тем, что есть? Понимаю ли я себя? Что чувствует другой? Понимаю ли я его? — Как я сам лично оцениваю ситуацию? Себя? Друого? — Что я сам считаю по поводу происходящего? Что было бы хорошим решением и для меня и для другого? — Что я теперь могу сделать?
Выход из кризиса (как приобретение нового себя и новой жизни) всегда связан с утратой. Чтобы началась новая жизнь, что-то в старой должно умереть — символически. Старые привчки, способы, образ себя, картина мира, надежда, иллюзия. Или что-то лично ваше.
Свобода стоит дорого. Относительное дорого — всегда лично для вас. Свобода стоит времени, старого статуса, комфорта, уровня жизни, идентичности и денег. Но есть и хорошие новости: выбор есть всегда. И зачастую выбор это перестать бороться с процессом символической смерти, который от вас не зависит.
Первую половину жизни часто приходится жить не из себя, а из того, что «надо», «правильно», «прилично» или «одобрятся». Однако есть шанс сместить направление жизни в сторону «я хочу/мне нравится/мне подходит вот так». Жить собой настоящим так, чтобы твои решения, твои действия, твои отношения, твоя работа, твой способ зарабатывать, твой способ любить и выдерживать трудности были собраны вокруг настоящего, подлинного и аутентичного в тебе.
Я знаю, что у человека есть ядро. Можно назвать это ядром личности, душой или вообще никак не называть. Но в человеке есть нечто большее простой суммы нейробиологических эффектов, нечто собственное, не сводимое к набору ролей, реакций и травм. Есть то, из чего он может строить свою жизнь. Не любую вообще и не магическое «всё что угодно». А именно свою: настоящую и соразмерную ему, свой собственный способ быть в мире.
Почти всегда человек уже догадывается о правильном и честном ответе на волнующий его вопрос. А иногда даже знает, чувствует и понимает, что можно и нужно делать. Но что-то блокирует действие: страх, стыд, привычка, стереотип, голос критика, недоверие себе. Я работаю с тем, чтобы убрать зазор между человеком и тем, что он уже начал понимать про себя и мир.
Моя работа — это не просто разговор. Это пристальное внимание к словам, паузам, жестам, интонациям, противоречиям. К тому, что и как человек говорит, что он уже показывает, но сам пока не видит. Я возвращаю это человеку и при этом не обслуживаю чужое Эго. Я не буду укреплять иллюзию, если вижу, что именно она портит жизнь. Мне важно другое — чтобы человек стал ясным для себя самого.
И тогда хорошая работа — это когда человек начинает лучше видеть себя самого и тот контекст, в котором он находится. Что с ним происходит, что он чувствует, где он предаёт себя, где боится, где прячется за логичными объяснениями. Где он действительно хочет жить иначе, какие у него ценности, а где неоправданная самокритика, вина, тревога и чужие ожидания. Хорошая работа — это когда возникает не просто облегчение, а новая оптика. Когда появляются новые линзы и то что раньше было мутным, становится ясным и различимым. Когда становится видно, куда и зачем дальше идти и какова у этого цена.
После хорошей работы человек не становится «лучшей версией себя». Но человек становится более целостным, живым, честным, способным выдерживать себя и реальность. У него появляется ясность, дорога, стратенгия. Он выходит из внутреннего паралича и начинает действовать. Не идеально, но по-настоящему. И это уже очень много.
Я работаю с кризисом смысла, карьерными тупиками, выгоранием, эмиграцией, с отношениями между партнёрами, между родителями и детьми. С человеческой идентичностью, страхами, прокрастинацией. С теми состояниями, где человек больше не может не задавать себе вопрос: как мне жить дальше?
При этом есть границы. Я не работаю с суицидальными состояниями, острыми кризисами, зависимостями, клиническими диагнозами как основной рамкой. Там, где нужна психотерапия, психиатрия или клиническая работа, должна быть именно она.
Я не обещаю быстрых и лёгких результатов. Или что одной встречи достаточно, чтобы жизнь переменилась. Кризис нельзя пройти без потерь, нельзя обойти внутреннюю работу. Нельзя заплатить только деньгами и не заплатить собой прежним. Это трудно. Но иначе почти никогда не бывает.
Моё дело существует для тех, кто хочет не просто успокоиться, а разобраться. Для тех, кто ценит время, кто способен к диалогу и хочет помочь себе жить хорошую жизнь.
Реальность и этика глубоко абсурдны. Но даже внутри этого абсурда возможно жить полной жизнью, чувствовать, видеть и знать свои ценности, принимать решения, действовать, быть в согласии с собой и миром.